С начала августа российские операторы связи начали делать то, чего абоненты ждали годами, — просто не соединять их с анонимными обзвонщиками. Вызовы от компаний, которые не зарегистрировали своё имя в системе маркировки, теперь могут не дойти до адресата вовсе. Это финальный аккорд реформы, стартовавшей 1 сентября 2025 года: тогда на экранах смартфонов впервые в обязательном порядке появились подписи «Банк», «Доставка», «Опрос» рядом с незнакомыми номерами. Год спустя можно подвести первые итоги — и они оказались интереснее, чем ожидали и чиновники, и скептики.
Проблема, ради которой всё затевалось, никуда не исчезла, но заметно сдулась. Ежегодно на телефоны жителей страны обрушиваются десятки миллиардов нежелательных вызовов, и вопрос, как отключить спам-звонки, стабильно входит в число самых популярных «телефонных» запросов в поисковиках. Ответов на него за последний год стало больше: от государственного самозапрета на массовые обзвоны до операторских фильтров, которые распознают робота ещё до первого гудка. Разбираемся, что реально работает, почему мошенники звонить не перестали и чем закончится большая зачистка телефонного эфира.
Цена вопроса: 285 миллиардов
Масштаб бедствия удобнее всего измерять деньгами. В конце января на заседании в Совете Федерации зампред правления Сбербанка Станислав Кузнецов озвучил оценку потерь россиян от телефонных аферистов за 2025 год — около 285 миллиардов рублей. Для сравнения: это сопоставимо с годовым бюджетом крупного региона. Каждый четвёртый пострадавший — пенсионер, и именно на пожилых людей рассчитано большинство сценариев с «сотрудником полиции» и «службой безопасности банка».
Телефон замолчал: как Россия отучает спамеров звонить
При этом социология фиксирует любопытный сдвиг. По данным совместного опроса ВЦИОМ и Минцифры, опубликованного в феврале, мошеннические звонки считают серьёзной проблемой 90% жителей страны, а спам — 59%. Но почти половина опрошенных признала: за последний год ситуация стала лучше. Летний мониторинг, о котором писали «Ведомости», подтвердил тренд цифрами — в 2026 году с попытками телефонного обмана лично столкнулись 63% граждан, на 25 процентных пунктов меньше, чем годом ранее. Звонки от лжеполицейских получал 31% респондентов вместо прежних 70%, от псевдобанков — 38% вместо 62%.
Ещё выразительнее статистика первого квартала: количество мошеннических вызовов сократилось на 45% по сравнению с тем же периодом прошлого года. На профильных конференциях представители телеком-отрасли связывают перелом с одновременным ужесточением правил для банков, операторов и владельцев номерной ёмкости — впервые за долгие годы все звенья цепочки заработали синхронно.
Маркировка: от эксперимента к блокировке
Ключевым инструментом реформы стала обязательная маркировка вызовов, закреплённая федеральным законом № 41-ФЗ от 1 апреля 2025 года. Суть проста: любая организация, которая звонит физическому лицу, обязана «представиться» — передать оператору своё название и категорию звонка, чтобы абонент видел их на экране ещё до ответа. Немаркированный коммерческий обзвон официально приравняли к рекламному спаму, а штрафы за него доходят до миллиона рублей.
Первые месяцы показали, что одной подписи на экране мало. К ноябрю 2025-го количество спам-вызовов упало лишь на 25–30%, и в январе даже профильные ведомства признали: против собственно мошенников маркировка почти бессильна — преступники по определению не регистрируются в реестрах. Зато она неожиданно изменила поведение легального бизнеса. По аналитике операторов, число показов маркировки с начала года выросло на 155%, а холодные обзвоны компании стали сворачивать сами: звонить клиенту, который видит на экране название фирмы и слово «реклама», решается далеко не каждый отдел продаж. Прозрачность внезапно оказалась дороже навязчивости.
Августовское ужесточение довело логику до конца. Теперь операторы вправе не пропускать корпоративные вызовы без «этикетки» вообще — и начали пользоваться этим правом массово. Для добросовестных компаний это означает необходимость срочно регистрировать номера, для абонентов — что незнакомый безымянный вызов с большой вероятностью окажется либо частным лицом, либо тем, кто сознательно прячется.
Почему спам так живуч
Экономика обзвона объясняет упрямство индустрии лучше любых опросов. Минута работы робота-автоинформатора стоит копейки, база из миллиона номеров на теневом рынке — несколько тысяч рублей, а для окупаемости кампании достаточно, чтобы трубку сняли доли процента адресатов. Пока конверсия покрывает расходы, поток не иссякнет — он лишь мигрирует туда, где фильтры слабее: в мессенджеры, на виртуальные АТС, за рубеж.
Технологии тоже не стоят на месте. Подмена номера, ещё недавно главный козырь злоумышленников, постепенно отсекается антифрод-системами на стыках сетей, зато на смену приходят звонки через мессенджеры и голосовые дипфейки. На июньской конференции по кибербезопасности глава «Лаборатории Касперского» Евгений Касперский отмечал: телефонное мошенничество давно перестало быть российской спецификой, а массовые дипфейки в мессенджерах впервые «выстрелили» в Латинской Америке. Любой удобный для клиентов сервис аферисты осваивают едва ли не быстрее самих клиентов.
География при этом на удивление концентрированна: по отраслевой аналитике, 26% всех нежелательных вызовов в стране приходится всего на пять регионов, а на Москву и Подмосковье — 12%. Логика понятна: обзвонщики идут туда, где выше доходы и плотнее база потенциальных жертв.
Арсенал абонента
Хорошая новость в том, что у обычного человека сегодня больше рычагов, чем когда-либо. С сентября прошлого года на «Госуслугах» действует бесплатный самозапрет на массовые обзвоны: по данным Минцифры, к июлю опцией воспользовались свыше 340 тысяч раз. После активации рекламные вызовы от зарегистрированных компаний до абонента просто не доходят — обходить запрет решаются немногие, потому что нарушение фиксируется автоматически.
Второй эшелон обороны — операторские фильтры и определители номеров. Они опираются на постоянно обновляемые базы жалоб и поведенческий анализ: если номер за час совершает сотни коротких вызовов, система пометит его раньше, чем до вас дойдёт очередь. Часть сервисов умеет отвечать на подозрительные звонки автоответчиком-секретарём и присылать расшифровку разговора — робот, услышав робота, обычно вешает трубку первым.
Третий уровень — гигиена данных. Номер телефона попадает в спам-базы не по волшебству: его оставляют в анкетах на скидочные карты, в интернет-магазинах, на сайтах объявлений. Отдельный «технический» номер для регистраций, внимательное чтение галочек о согласии на рекламу и отзыв ранее данных согласий сокращают поток заметнее, чем кажется. А главное правило на случай, если подозрительный собеседник всё же дозвонился, за годы не изменилось: ни при каких обстоятельствах не сообщать коды из СМС и не переводить деньги на «безопасные счета» — таких счетов не существует.
Что дальше
Следующий рубеж реформы — компенсации. Минцифры уже предложило механизм возмещения ущерба жертвам телефонных афер, и если он заработает, ответственность за пропущенного мошенника частично ляжет на банки и операторов. Это радикально меняет мотивацию: одно дело — сочувствовать обманутому клиенту, другое — платить за него из собственной прибыли.
Телефонный спам, конечно, не исчезнет — слишком дёшев вход и слишком велик соблазн. Но впервые за десятилетие тренд развернулся: звонков меньше, доверия к экрану больше, а безымянный вызов из разряда бытовой неизбежности переходит в разряд аномалии. Кажется, телефон постепенно возвращает себе первоначальную функцию — соединять людей, которые действительно хотят друг друга услышать.
