В России впервые появилась отдельная федеральная рамка для больших ИИ-моделей. Закон делит их на суверенные и национальные, разрешает открывать разработчикам государственные наборы данных и вводит особый режим анализа произведений при обучении нейросетей. Но обязательной маркировки каждой картинки и запрета иностранных чат-ботов в документе нет.
Президент Владимир Путин подписал Федеральный закон № 243-ФЗ «О поддержке развития технологий искусственного интеллекта в Российской Федерации» 26 июля 2026 года. Основные положения вступят в силу 1 сентября, а требования к безопасности, маркировке и использованию результатов интеллектуальной деятельности — 1 марта 2027 года.
Документ важен не только самим фактом появления первого профильного закона. Он проводит довольно жесткую техническую границу: регулируется не любой алгоритм с модной наклейкой AI, а большая фундаментальная модель, способная служить основой для множества программных продуктов.
Миллиард параметров — входной билет в новый режим
В статье 3 закона большая фундаментальная модель описана как программа, которая обучается на массивах данных, решает широкий круг интеллектуальных задач и содержит «не менее 1 миллиарда параметров». Последнее условие важно: небольшой классификатор писем, антифрод-модель банка или локальный алгоритм распознавания дефектов на конвейере не становятся большой фундаментальной моделью только потому, что используют машинное обучение.
Миллиард параметров по меркам современной генеративной индустрии — не запредельная планка. Крупные языковые и мультимодальные системы давно измеряются десятками и сотнями миллиардов параметров. Зато формальный порог отсеивает значительную часть узкоспециализированного корпоративного софта и концентрирует регулирование на платформах, вокруг которых могут строиться чат-боты, ассистенты, генераторы изображений, системы программирования и отраслевые приложения.
Суверенная и национальная модель — не одно и то же
Закон вводит два специальных статуса. В обоих случаях разработчиком должно быть российское юридическое лицо, а формирование ответов пользователям и хранение данных должны происходить в российских ЦОДах, принадлежащих российским компаниям. Разница — в глубине контроля над технологией.
| Требование | Суверенная модель | Национальная модель |
|---|---|---|
| Разработчик | Российское юридическое лицо | Российское юридическое лицо |
| Контроль технологии | Полный цикл разработки и обучения должен быть воспроизводим разработчиком | Существенные характеристики определяет российский разработчик |
| Сторонние компоненты | Не должны лишать разработчика полной воспроизводимости | Допускаются, в том числе иностранные модели, но на условиях открытой лицензии |
| Подготовка ответов и хранение данных | В ЦОДах на территории РФ, принадлежащих российским юрлицам | То же требование |
| Подтверждение соответствия | Законодательству и традиционным ценностям | Законодательству и традиционным ценностям |
Под российским юридическим лицом для этого режима понимается не просто компания с регистрацией в РФ. Статья 6 требует российского контроля: государство, регион, муниципалитет или гражданин России без второго гражданства должны прямо либо косвенно распоряжаться более чем половиной голосов.
Порядок присвоения статусов и саму процедуру проверки еще предстоит утвердить правительству. Именно подзаконные акты ответят на самые практические вопросы: насколько подробно придется раскрывать архитектуру модели, как доказывать воспроизводимость обучения и по каким тестам будет оцениваться соответствие.
Государственные данные откроют не всем подряд
Правительство сможет определить порядок доступа разработчиков суверенных и национальных моделей к наборам данных из федеральных информационных систем. Аналогичные механизмы смогут создавать регионы. Это потенциально один из самых ценных элементов закона: качественные отраслевые данные часто важнее еще одного процента вычислительной мощности.
Однако формулировка не превращает государственные базы в общедоступный архив. Порядок должен быть согласован с органом, отвечающим за безопасность, а конкретные составы данных и условия предоставления определят отдельно. Персональные данные, гостайна и другие охраняемые категории не перестают защищаться действующими законами.
Одновременно правительство получает право устанавливать сферы, где разрешат применять только суверенные или национальные модели. В банковском и финансовом секторе такие решения придется согласовывать с Центробанком. Автоматического запрета ChatGPT, Gemini или других иностранных сервисов с 1 сентября закон не вводит: перечень обязательных сценариев еще должен появиться.
Что именно разрешили при обучении на произведениях
Самая спорная норма находится в статье 10. Компьютерное извлечение, сравнение, классификация и анализ закономерностей в охраняемых авторским правом материалах не будут считаться нарушением, если выполняются для обучения суверенной или национальной модели.
Разрешается и краткосрочная запись произведения в память компьютера, но при двух условиях: экземпляр получен правомерно либо материал уже открыт для всеобщего доступа, а доступ к анализу не закрыт техническими средствами. Это не безусловная лицензия на весь интернет. Норма не дает права снимать платные ограничения, обходить техническую защиту, распространять копии произведений или выдавать чужой текст и изображение за собственные.
Практический смысл нормы — легализовать технические операции, без которых невозможно подготовить обучающий корпус: временно загрузить файл в память, извлечь признаки, сопоставить фрагменты и найти статистические зависимости. При этом поставщик ИИ-сервиса должен будет уведомлять пользователя, кому принадлежат права на полученный результат и на каких условиях его можно сохранять и использовать.
Маркировка ИИ-контента оказалась добровольнее, чем звучит
В новостных заголовках уже появилась формула об обязательной маркировке всего контента, созданного нейросетями. Текст статьи 9 осторожнее. Пользователю должна быть обеспечена возможность разместить предупреждение о применении ИИ. Формат и порядок такого предупреждения определяются соглашением с сервисом.
Крупные площадки с аудиторией более 500 тысяч российских пользователей в сутки обязаны предоставить функцию маркировки авторам персональных страниц. Но федеральный закон сам по себе не формулирует всеобщую обязанность ставить знак на каждую сгенерированную фотографию, аудиозапись или видео. Разница принципиальна: платформа обязана дать инструмент, а не автоматически признать любой немаркированный материал незаконным.
Что придется сделать разработчикам
С 1 марта 2027 года разработчики моделей со статусом суверенных или национальных должны будут принимать организационные и технические меры безопасности, устанавливать правила эксплуатации, обновления и вывода модели из работы, а также вести документацию с ключевыми параметрами и ограничениями. При этом статья 11 не вводит отдельную таблицу штрафов — она отсылает к действующему российскому законодательству.
Компаниям, которые создают собственные большие модели или строят продукты на чужих API, до осени полезно разделить три разные роли: разработчика фундаментальной модели, поставщика доступа и обычного пользователя. Обязанности у них различаются. Также придется проверить договоры о правах на результаты, происхождение обучающих наборов и географию хранения данных.
Когда новые правила заработают полностью
Основная часть закона вступает в силу 1 сентября 2026 года. Требования к суверенным и национальным моделям, обязанности разработчиков, нормы о маркировке и интеллектуальной собственности начнут действовать 1 марта 2027 года. Для уже работающих информационных систем предусмотрен переходный период до 1 сентября 2032 года: будущие требования об исключительном использовании российских моделей на них временно не распространятся, если данные обрабатываются и хранятся в России.
Новый закон не закрывает дискуссию об ИИ — он только задает каркас. Самые чувствительные решения еще впереди: перечень отраслей с обязательными российскими моделями, порядок доступа к государственным данным, критерии проверки и конкретные требования к снижению рисков. Но главный поворот уже состоялся. Большая нейросеть в России теперь рассматривается не просто как программа, а как инфраструктура со своим происхождением, паспортом безопасности, местом обработки данных и юридическим статусом.
